Форуг Фаррохзад

«Зелёное наваждение»

весь день я плакала в зеркало.
весна моё окно вверила
зелёному наваждению деревьев.
кокон одиночества не умещал моё тело.
смрад венца моего из бумаги
воздух бессолнечной области той
отравил.

я не могла, больше не могла.
шум улицы, голоса птиц,
звук пропадания мячей,
детский уносящийся гвалт,
танец воздушных шаров,
что взмывали пузырями на стеблях нитяных,
и ветер, ветер, что будто вдыхал
со дна самых глубоких тёмных мгновений любовной близости, –
всё сжимало
кольцо осады
безмолвной крепости моей уверенности,
зовя из старых трещин
сердце моё по имени.

весь день я смотрела не отрываясь
в глаза своей жизни,
в глаза беспокойные, пугливые,
что пристального взгляда бежали
и будто лжецы приют находили
в надёжном затворничестве.

какой пик? какая вершина?
разве все эти петлящие дороги
не к одной ведут точке
пересечения, точке конца
в холодной сосущей пасти?

что вы мне дали,
эй, словца искушения,
эй, воздержание тел и желаний?
вдень я в косу розу –
не было бы это
искусительней фальшивки,
на голове моей сгнившего
венца из бумаги?

как захватил меня дух пустыни
и чары луны увели от веры стада!
как возросла несовершенность сердца моего
и никакая половина ту половину не довершила!
как я встала и увидела: земля уходит под ногами
и жар тела любовника
пустому ожиданию тела моего
не отвечает.

какой пик? какая вершина?
меня укройте, эй, тревожные лампы!
эй, дома освещённые, осторожные,
на чьих колышутся солнечных крышах
одежды чистые в объятьях ароматного дыма!
меня укройте, эй, женщины простые, совершенные,
ваши тонкие кончики пальцев прослеживают
по коже сладостный маршрут шевеления зародыша,
и воздух, ныряя вам в вырез,
сливается с запахом парного молока.

какой пик? какая вершина?
меня укройте, эй, очаги, полные огня, эй, подковы счастья!
эй, хоралы медной посуды в почерневшей кухне!
эй, напевание угрюмое швейной машинки!
эй, деннонощные распри ковров и метёлок!
меня укройте, эй, ненасытные любови,
чья болезненная жажда вечности
постели овладения красит
водой чернокнижной,
каплями свежей крови.

весь день, весь день
пущенная, пущенная, как труп по воде,
я плыла вперёд к самой страшной скале,
к самым глубоким пещерам морским,
к самым плотоядным рыбам,
и позвонки мои нежные ломило
от чувства смерти.

я не могла, больше не могла.
шум шага моего от отрицания пути поднимался,
отчаяние стало громаднее, чем дух стерпит,
и та весна, то наваждение зелёного цвета,
скользя по окну, мне говорила прямо в сердце:
«гляди,
ты никогда
не плыла вперёд.
ты погружалась».

перевод с фарси: Юлтан Садыкова

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone