Страница Юлтан Садыковой на официальном сайте Шахрама Шейдайи

youltan ataШахрам Шейдайи (1967–2009) оставил после себя кипу причудливых графических работ и два сборника стихотворений: «Смеяться в горящем доме» (1991) и «Огонь ради другого огня» (1994), сборник великолепных переводов на фарси Виславы Шимборски (плод совместных трудов Шейдайи с Мареком Спуженским и Чукой Чекадом) (1997), «Может, больше уже сказать не смогу» (1997) – перевод стихов Салеха Атайи с турецкого языка, сборник рассказов восьми иранских писателей «Список не севших в ковчег» (2000), «Укрывшихся выживают» (2000) и перевод избранной лирики Орхана Вели «Цвет ваших лодок».
Стараниями вдовы поэта в 2013 году увидел свет последний сборник его стихов – «Камень для жизни, камень для смерти» – и самый первый (на азербайджанском языке) – «Тени сумасшедших».

На официальном сайте Шахрама с недавних пор можно найти переводы его текстов на английский, французский, датский, арабский, турецкий и русский языки. Ссылка на страницу Юлтан Садыковой: http://www.shahramsheydayi.ir/poems/13-russian.html/

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Переводы Юлтан Садыковой в литературном журнале «Урал»

%d1%83%d1%80%d0%b0%d0%bb

пепел, что остался от тебя,
дремлет на моей груди.
он всё ещё жжёт,
жжёт меня всё ещё.
тело мёртвой газели
несут на руках по улицам
босоногие мужчины
и молятся.
(Реза Барахани, «Ветер и пепел»)

Подборка стихотворений Ахмада Шамлу, Резы Барахани, Бижана Элахи, Ядоллы Ройяи, Фируза Наджи и других иранских поэтов в августовском номере литературного журнала «Урал».

Читать в Журнальном зале

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Газель Хушанга Эбтехаджа (1928) в исполнении Шахрама Назери

нерождённые и ушедшие, с двух краёв времени
вон, к тебе бегут, к тебе, что вечно в середине,
в сердцевине.

на лугу твоём газель степи небесной.
над головой твоей млечного пути белый сокол.

сколько на лугу вокруг себя глядеть ни буду,
души зерцало, кроме твоих примет, мне ничего не явит.

эй, роза плодового сада, из-за покровов выйди.
твой аромат в рассветный час меня к плодам тянет.

эй, потаённая, эй, сад, в зерне сокрытый,
зерно, что раскололось, весь этот сад разлило.

ты, пьяная, нашла нужду во мне. покровы скинув,
из сердца вышла своего, и стал приход твой миром.

ах, бьёт из головы, груди бьёт волна крови!
что делать мне, если нутро
рука твоя как тетиву гнёт?

небытия печали нет у мёртвых и живых, ты дышишь,
мы же в каждом твоём вдохе
слышим запах души, запах души…

когда я пред тобой, мои кричат одежды: «изорви!»
когда смотрю, как ты идёшь,
рыданья не щадят меня,
рыданья
не дают приюта.

перевод с фарси: Юлтан Садыкова

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Интервью Юлтан Садыковой с Шамсом Лангеруди

(под песни молодого Леонарда Коэна
и старого Криса Ри, которых поэт так любит)

кадр из фильма Вероятность выпадения кислотных дождей
кадр из фильма «Вероятность выпадения кислотных дождей» (2014)

Мохаммад Шамс Лангеруди родился 17 ноября 1950 г. Выдающийся поэт, писатель, литературовед, перу которого принадлежит четырёхтомный научный труд «История развития и анализ современной персидской поэзии».
В 1976 г. была издана его первая книга «Как ведёт себя жажда», шесть лет спустя – вторая, «В лунном свете мира», однако слава пришла к Лангеруди после выхода в свет сборников «Дама и пепел» (1986 г.) и «Невидимый праздник» (1988 г.). Завершив в 1990 г. работу над «Касыдой о звенящем смехе», Шамс на десять лет уходит в тень и возвращается на литературную сцену в 2000 г. с новым сборником стихов «Ноты для деревянного соловья». Затем одна за другой выходят в свет его книги «Садовник ада» в 2006 г., «Моряк, плывущий по улицам» в 2008 г., «Сделать твои руки своей привычкой» в 2010 г., «Двадцать две элегии в месяц Тир» в 2009 г., «Ночь – наша общая маска» в 2011 г.) и другие. Самым цитируемым и горячо любимым в среде читателей сборником стихов Лангеруди являются его «Пятьдесят три песни о любви» (2004 г.), выдержавшие уже несколько переизданий.
А с недавних пор Шамса Лангеруди можно увидеть в кино.

Господин Лангеруди, вы вот-вот станете кинозвездой мирового масштаба, тогда до вас точно будет не добраться, поэтому я и решила побеседовать сейчас. Про детство, стихи, любовь, Америку, подарки судьбы, изломы жизненного пути и всякие необъяснимые вещи. Очень хочется подробностей, пока вас не окружило плотное кольцо телохранителей.
Начнём, если позволите, прямо с рождения. Итак, вы появились на свет и выросли в крошечном городке у моря, а ваш отец – имам. Который ещё и стихи писал.

Если про подарки судьбы – главный подарок тут, наверное, то, что я жив и сижу сейчас перед тобой. Помнится, дома у нас работала одна женщина, Разие, помогающая по хозяйству. Она любила садиться на подоконник и смотреть во двор. Однажды Разие то ли задремала, то ли просто отвлеклась, но я, младенец совсем, вывалился у неё из рук и выпал в окно. Во дворе сидели женщины, они успели подбежать, одна из них, по имени Бэльгейс, раскрыла подол своей юбки и меня поймала. Чудо какое-то. И как успела? Я даже думал назвать свою автобиографию так: «Подол Бэльгейс». Если бы не она, меня бы сейчас здесь не было. У каждого нечто подобное случалось в жизни, никто из нас не знает, что или кто станет для него подолом Бэльгейс.
А что касается отца… Духовное лицо духовному лицу рознь. Мой отец был демократических взглядов человеком, очень начитанным, любознательным. Впервые слово «джентльмен» я услышал от отца. Мне, помню, я в третьем классе тогда учился, купили праздничную ткань для костюма, ужасную, я так и сказал: «Мне не нравится ткань». А отец мне: «Что значит «не нравится»? Такое носят английские джентльмены». Да, он писал стихи, собрал большую библиотеку. Я вообще всему научился у отца. Литературу выучил благодаря отцу. Он прекрасно знал персидскую, арабскую классику. И никогда ни во что не вмешивался: что мне любить, чего мне не любить. Мы, дети, были свободны в выборе, абсолютно независимы. Я мог читать что хочу.

То есть всё началось с отцовской библиотеки.
Знакомство с классической литературой – да. Правда, в юности я поэзию на дух не переносил. Не были мне интересны стихи, я любил музыку, всю жизнь её люблю. До сих пор пением увлекаюсь. Диски записал даже с песнями. Слышала?

Кто же их не слышал.
Так вот, я в детстве грезил о музыке. В нашем городке, как и во всех отсталых городках, музыку не преподавали нигде. Ни рисования, ни пения, ни танцев – никаких кружков не существовало. Мы как сорная трава росли. Я очень хотел заниматься музыкой. Не то, чтобы отец был против, нет, он никогда ничего не запрещал. Люди вокруг все были против. В Лангеруде нашем жил один скотовод, господин Фейзи. Старый, тощий, как будто только дух один от него остался. Фейзи держал коров, и все знали, что он умеет играть на флейте. Мы с друзьями однажды расхрабрились и пошли к нему послушать. Сели в рядок, он спросил, умеет ли кто-нибудь из нас играть. Один сказал, что немножко пробовал. Фейзи велел ему играть, у того ничего не получилось, старик разозлился, раскричался и всех нас прогнал. На этом мои уроки музыки закончились. Я нашёл утешение в свисте. Это единственная музыка, на которую я способен. Так что не судьба мне была стать великим музыкантом.
В Лангеруде работали три кинотеатра. Но отец не хотел, чтобы мы туда ходили. Потом я много раз спрашивал у него: «Почему? Ты же всегда нам всё разрешал». Он отвечал, что совсем не знал этого мира кино и переживал, что там нас ждёт, кто туда ходит… Так что из всех видов искусств мне оставались стихи.

И художественный свист.
Да. Хожу и посвистываю.

А в каком возрасте вы увлеклись стихами?
В двенадцать лет я увидел стихотворение Ламартина. Не помню уже его, но оно было про море. Мы же у моря выросли. И вот как он описывал море – я был просто заворожён. Это было любимое моё стихотворение, других я просто не хотел читать. Следующим судьбоносным знакомством стали стихи Надера Надерпура и Ферейдуна Таваллали.

То есть после романтических вздохов Ламартина – сразу новая поэзия Ирана?
Да, я тогда перешёл в новую школу, там ещё не успели оформить все нужные бумаги, остальные дети были на уроке, а я ждал на улице. Погода была дождливая, небо пасмурное. Когда хлынул ливень, я зашёл, поднялся наверх, ходил там взад-вперёд по пустому коридору, наткнулся на стенгазету. Что-то такое там прочёл под названием «Карун», понравилось, перечитал и вдруг почувствовал, что это стихи. Поразился. Как так? Ни слова об изгибе бровей, губах, подобных рубину, вине, кудрях, очень жизненные стихи, про настоящее. Да и имя поэта реальное – Ферейдун Таваллали. Потом уже я открыл для себя Надерпура.

Читать далее

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Голос поэта. Реза Сервати читает своё стихотворение (фарси)


«Лошади»

(посвящение В.В. Маяковскому)

не говори «я тебя люблю».
человек
это слово слышит,
слово
по коже его скользит,
со взглядом
опускается вниз.
лошади его сердца
ржут, быстрее несутся,
по груди его сильнее
копытами бьют.

не говори «я тебя люблю».
человек верит.
поводья лошадей диких
даёт тебе в руки,
на тебя опирается,
в твоих объятьях льёт слёзы,
гривами своими тянется,
чтоб ты расчесал их…

человек верит.
и любовь – вера,
от которой больше, чем от других, муки,
вера, что пощёчиной не сотрётся,
от измен
набирает силу,
от унижений
становится крепче.

не говори человеку
«я тебя не люблю».
удары сердца его замедляются,
у лошадей его ноги ломаются,
лошади
на землю падают, мучаются,
человек
должен успокоить животное.

с человека пот градом катится,
слёзы его
в твоей подушке скапливаются,
запах волос твоих впитывают, не дышит он.
твою подушку на грудь кладёт свою,
в сердце пулю пускает,
пар горячий
к горлу лошадей подступает,
из их ртов вырывается,

грудь человека теперь будет лёгкая.
лошади
в далёкие горы бегут,
копыта их
стучат без звука,
гривы их
заледенелые.

лошади ржут,
их голоса
горы не возвращают назад.
любовь
выскальзывает из рук…

сжалься над человеком.
не говори «я тебя люблю».
человек
верит.
не говори «я тебя не люблю».

перевод с фарси: Юлтан Садыкова

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Голос поэта. Абед Никпу читает своё стихотворение (фарси)


за сколькими окнами в бабочку превращаешься?
во сколько бабочек
превращаешься?
засыпаешь, когда глаза где закрываются?
всё те же веки закрываешь до сих пор?
почему Господь твой не ровесник твой?
проснёшься когда, насколько будет холодно?
на теле твоём листок какого дерева?
не болит плечо?
не поздно ещё?
когда время идёт здесь,
сколько крыльев каждый раз
там бьёшь?

и ты ответишь:
нисколько.
ничего.

перевод с фарси: Юлтан Садыкова

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Голос поэта. Шамс Лангеруди читает своё стихотворение (фарси)


дождь,
пролейся.
пролейся и затопи улицы.
мы на перекрёстке этом
стоим и Ноя ждём.

дождь, пролейся.
неторопливо.
вода если
выше голов не поднимется –
не доплывёт ковчег.

Ной придёт.
отпустит своего голубя,
полетит он над площадями и учреждениями,
что под водой погребены,
сядет на торчащий шпиль
крыши банка
и принесёт нам
весть о спасении.

поспеши, дождь, немного,
видишь, как наши маклеры,
игроки лесных бирж
бегут теперь?
как бегут во все стороны,
и как с них пот течёт?
дождь, пролейся
и затопи улицы.

фонари нам оставь только,
чтоб лицо Ноя увидели.
из общины ковчега
мы знаем лишь дьявола.

перевод с фарси: Юлтан Садыкова

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone

Интервью для IRIB


Сегодня гостем нашего радио стала Юлтан Садыкова — человек, благодаря которому многие современные поэты Ирана нашли своего русскоязычного читателя.
Юлтан родилась в Казани 15 ноября 1988 года, окончила ИСАА МГУ, в совершенстве владеет персидским и английским языками. Работала переводчиком в Культурном представительстве при Посольстве Ирана в Москве, сопровождала делегации деятелей российской культуры во время поездок в Иран, переводила много деловых бумаг и официальных текстов.

Читайте дальше…

Share on FacebookShare on TumblrShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterEmail this to someone